Смоленский областной институт развития образования
sert-museum.jpg
sert-museum.png
na terminal.png
peddinastii.png
nasledie.png
     

Николай Петрович Богданов-Бельский

bogdanov belskii.jpg

доцент кафедры музеологии и 
библиотечно-информационной деятельности СГИИ,
к.п.н., Беляева Ирина Геннадьевна

Богданов-Бельский: корни забвения

Ученик известного профессора Сергея Александровича Рачинского, основателя народной школы в Татево, Николай Богданов родился в деревне Шитики Бельского уезда Смоленской губернии (приставку «Бельский» вписал император Николай II) [3]. Будучи сыном одинокой батрачки, он уже в семь лет проявил свои способности. Местный священник обратил внимание на одарённого ребёнка и порекомендовал его С.А. Рачинскому. Профессор взялся за обучение безвестного деревенского мальчика.

Кроме Н.П. Богданова-Бельского, С.А. Рачинский помог получить дальнейшее образование двум талантливым художникам: Т. Никонову и И. Петерсону. Т. Никонов закончил школу Общества поощрения художеств и стал портретистом. Известен гипсовый медальон с профилем С.А. Рачинского его работы. И. Петерсон стал хорошим иконописцем, писал также и портреты. Как и Н.П. Богданова-Бельского, С.А. Рачинский направил его учиться в иконописную мастерскую в Троице-Сергиеву лавру. Позднее И. Петерсон работал учителем рисования в Ново-Александровской школе Новиковых в Тамбовской губернии.

Н.П. Богданов-Бельский любил повторять: «…на дорогу меня вывел Рачинский. Учитель жизни. Я всем, всем ему обязан» [12].

Воспоминания детства, неразрывно связанные с именем С.А. Рачинского, не раз становились источником вдохновения для художника. Они позволили ему создать замечательные образы учителей в картинах "Устный счёт. В народной школе С.А. Рачинского" (1895 г., Государственная Третьяковская галерея) и "Воскресные чтения в сельской школе" (1895 г., Государственный Русский музей).

Действительно, большинство публикаций о нём в печати относятся непосредственно к творчеству художника и рассказывают о его любви к простому народу, к детям, о судьбе крестьянского сына. Статьи художников и критиков подробно рассказывают о его видении цвета и света, о его вкладе в искусство как художника. Но упоминаний о педагогической деятельности Н.П. Богданова-Бельского практически нет.

Почему же академик Академии художеств (с 1903), действительный член АХ (с 1914), председатель Общества им. Куинджи (1913-1918 гг.), награждённый Правительством Латвии Орденом «Трёх звёзд» (в 1936 г.), не говоря уж о многочисленных международных выставках русского искусства в Париже (1900), Нью-Йорке (1924), Праге (1928), а также Копенгагене, Берлине, Стокгольме, Осло, Амстердаме, Гааге, Белграде, Гетеборге, Хельсинках, Гамбурге, оказался незаслуженно забытым потомками?

Корни этого забвения кроются в двух, казалось бы, взаимно исключающих фактах биографии художника, с одной стороны, он - крестьянский сын, достигший практически недостижимых для своего происхождения общественных высот, с другой стороны - модный салонный художник, по-настоящему обласканный членами императорской фамилии и «высшим обществом». Им написан ряд портретов: Николая II (1904 — 1908), императрицы Марии Федоровны, императрицы Александры Фёдоровны, великого князя Дмитрия Павловича (1902), князя Ф. Ф. Юсупова (1911), К.С. Станиславского, Ф.И. Шаляпина (1916), К.А. Коровина.

Выставляясь с передвижниками, Н.П. Богданов-Бельский «воспевал» крестьянских детей, что вызывало брезгливое недовольство аристократической публики. И вместе с тем он писал портреты членов Императорской фамилии, что, в свою очередь, раздражало революционно настроенную публику. Недовольство первых выразилось в препятствиях, которые чинились художнику при жизни, а недовольство вторых в конечном итоге привело к тому, что искусство Н.П. Богданова-Бельского было признано реакционным со всеми вытекающими последствиями.

В 1889 г. Николай Богданов закончил Московское училище живописи, ваяния и зодчества. Его дипломной работой стала картина «Будущий инок», за которую автор был награждён большой серебряной медалью, денежной премией и званием классного художника. По свидетельству секретаря Санкт-Петербургского Общества поощрения художеств Н. Собко, были награждены следующие авторы: «На прошлогоднем же конкурсе премии были выданы лишь из процентов капиталов: В.П. Боткина и Общества – по бытовой живописи (Богданову-Бельскому и Рыбакову), графа С.Г. Строганова и Общества – по пейзажной живописи (Вейсенгору и Вельцу), Её Императорского Высочества Принцессы Евгении Максимовны Ольденбургской – по гравированию на дереве (Ольшевскому, Зубчанинову и Творожникову) – на общем конкурсе; Морозову, Шереметьевской, Григоровой, Кононову – на ученическом конкурсе.

Премии эти присуждались особой Экспертной Комиссией из 8 членов Комитета Общества и 21 художника, избранных в обыкновенном Собрании Действительных Членов 12 Марта прошлого года, где происходили также выборы в Члены Общества. При этом вместо выбывших по очереди Членов Комитета: Н.Л. Бенуа, А.А. Бильдерминга и кандидата Е.Н. Тевяшева, оказались избранными по большинству голосов: Его Императорское Высочество Государь Великий Князь Пётр Николаевич, и А.А. Бильдерминг – в Члены Комитета, Н.Л. Бенуа – в кандидаты, в действительные же члены, без всяких взносов, избраны были Н.П. Кондаков и С.И. Данауров» [11, Л. 174]. Из этого письма Николаю II видно, каким влиянием пользовалось Общество поощрения художеств. Премии, выдаваемые им, свидетельствовали о высоком профессионализме авторов работ и практически гарантировали получение заказов.

Получив высокое признание, с 1889 года Николай Богданов начинает жить на свои средства. При этом не прекращает учиться. В 1894-95 годах он обучался в Высшем художественном училище при Академии художеств в Санкт-Петербурге в мастерской И.Е. Репина, а затем в мастерской Кармона в Париже. В 1890-х годах им написан ряд работ о школе Рачинского: «Воскресное чтение в сельской школе» (1895), «Устный счёт» (1896), «У дверей школы» (1897), «У больного учителя» (1897), «Проба голосов» (1899), «Сочинение», «Между уроками» (все 1903 г.) и др. [15, 428].

27 октября 1903 года Н.П. Богданову-Бельскому присуждено звание академика. С 1913 по 1918 год он являлся председателем Общества им. Куинджи, которое занималось поддержкой молодых художников [8, Л. 71]. Председателями Правления Общества им. Куинджи также были: К.Я. Крыжицкий (1909-1911); Н.Д. Ермаков (1911-13); К.К. Вроблевский (1918-1920); А.А. Рылов (1920-1928); А.И. Кудрявцев (1928-1930).

19 ноября 1914 года художник становится действительным членом Императорской Академии художеств.

В 1914 году В.К. Бялыницкий-Бируля закончил постройку дачи «Чайка» на берегу озера Удомля, что в Вышневолоцком Уезде Тверской губернии. Теперь сообщество художников-передвижников (А.В. Моравов, С.Ю. Жуковский, Н.П. Богданов-Бельский, А.С. Степанов, В.В. Рождественский, а потом и К.А. Коровин), стало регулярно приезжать и работать в Островно. Это были годы самого настоящего «пленэризма», давшие целую серию светлых и необыкновенно чистых по цвету работ. В 1907 – 1920 годах художники работали по большей части среди природы, оставив мастерские [16, 92].

Н.П. Богдановым-Бельским здесь были написаны такие картины, как «Именины учительницы», «Виртуоз», «Деревенские друзья», «Дети на уроке», «Новые хозяева», «Подношение» и др. Картина «Именины учительницы» побывала на всемирных выставках в Мюнхене и Риме.

По-прежнему излюбленные натурщики у художника – это крестьянские дети. Его работы обладают фотографической точностью, по ним можно до мельчайших деталей рассмотреть, как одевались в то время дети из бедных семей. Рубахи из домотканого холста, крашеные наспех; длинные штаны, берестяные лапти; зимой те же холщовые штаны, лапти, пиджачки из заплат, - всё это много раз чиненное...

В июле 1919 г. при мастерских были открыты курсы для учителей рисования. Здесь преподавали К.А. Коровин, А.В. Моравов, В.В. Рождественский, А.Е. Архипов. На открытии В.К. Бялыницкий-Бируля произнёс речь: «Мы, художники Н.П. Богданов-Бельский, я и А.В. Моравов, четверть века уже работаем здесь у народа, здесь всё нами сделано, всё находится здесь у народа и у него останется. За долгий и упорный труд и борьбу в целях достижения того, чего мы теперь достигли, судьба нам подарила счастливый день исторического нашего собрания» [16, 98]. Около 400 молодых юношей и девушек из окрестных деревень занимались в мастерских, основанных по решению Наркомпроса («Государственные художественные мастерские», созданы в январе 1919 г.). Культивировали художественное вышивание, живопись, столярное, гончарное и др. ремёсла. Здесь же были созданы и общеобразовательные классы. Устраивались выставки художественных образцов. Так Н.П. Богданов-Бельский становится продолжателем дела С.А. Рачинского. Многие его ученики после этого поступили в крупнейшие вузы страны.

После революции пальма первенства среди художественных течений стала принадлежать сторонникам абстракционизма и формализма, что во многом осложнило жизнь представителям реалистической школы живописи, и передвижникам было очень непросто работать в новой обстановке. В своём письме И.Е. Репину о мотивах отъезда художник пишет: «Из того, что я написал за эти четыре года (1917-1921), ничего не было выставлено в России. С большими трудностями и ухищрениями все это мне удалось вывезти в Ригу, где я живу с 15 сентября 1921 года» [13].

В январе 1921 г. Н.П. Богданов-Бельский переезжает в Петербург, а в сентябре 1921 г. уезжает в Латвию. Работает в Латгалии (Северо-восток Латвии) в имении друзей Вощиных. С этого времени начинается новый, двадцатилетний период развития его таланта (1921-1941).

С декабря 1921 по январь 1922 гг. в Риге проходит персональная выставка художника. На протяжении 20-х гг. Н.П. Богданов-Бельский принимал участие в выставках русского искусства за границей. На первой совместной выставке в Америке в 1924 г. художник демонстрирует 11 своих работ. Выставляется с И. Грабарём, Б. Кустодиевым, М. Нестеровым, С. Виноградовым, В. Бялыницким-Бируля, В. Поленовым, К. Юоном [15, 429].

В 1928 г. художнику исполняется 60 лет. По его инициативе и при поддержке И.Е. Репина Н.П. Богданов-Бельский выставляется с К.А. Коровиным, С.А. Жуковским, Ф.А. Малявиным, С.А. Виноградовым, И.Я. Билибиным в Копенгагене, Праге, Берлине, Стокгольме, Осло, Амстердаме, Гааге, Белграде, Гетеборге, Хельсинки, Гамбурге. Успех выставок налицо (Пражская национальная галерея купила 1 работу).

Художник преподаёт в Риге, в 1922-1925 гг. ведёт студию, которую затем передаёт С.А. Виноградову [16, 109].

В 1936 г. исполнилось 50 лет творческой деятельности художника. Ю.Мадерниекс, Г.Шкилтерс публикуют статьи об искусстве Н.П. Богданова-Бельского, правительство Латвии награждает русского художника орденом «Трёх звёзд».

У Н.П. Богданова-Бельского не было конфликтов с советской властью. Однако, оставшись в Латвии, он фактически оказался в эмиграции. Когда началась Вторая мировая война, Н.П. Богданову-Бельскому было уже за 70. Он остался жить в оккупированной гитлеровскими войсками Латвии. Зимой 1944 г. Николай Петрович тяжело заболевает и переезжает в Германию. Незадолго до окончания войны, 19 февраля 1945 года выдающийся русский художник умер в Берлине, где и был похоронен на Русском кладбище.

Оценка творчества художника ни при его жизни, ни после его смерти никогда не была однозначной. Он вошел в историю как мастер бытовой живописи. Хрестоматийными стали его работы, посвященные детям и учителям. Благодаря фотографической проработке мельчайших деталей, эти картины часто становились бесценным источником информации даже для литераторов и историков.

Однако большая часть работ Н.П. Богданова-Бельского остается мало известной. Расцвет его творчества пришелся на эпоху бурных изменений в российском обществе, эпоху войн и революций. Его работы не успевали за переменами, никак не укладывались в рамки сиюминутно востребованных, популярных тем. Именно выбор тем вызывал у публики неприятие его картин. Образы чумазых и оборванных сельских ребятишек не находили понимания у петербургских аристократов, а портреты царей и высших чиновников вызывали подозрительность у сторонников советской власти.

Совершенно вне внимания исследователей осталась педагогическая деятельность художника, которая проходила в России вплоть до 1921 года и продолжилась в Латвии. В Государственном историческом архиве Латвии сохранились копии паспорта, домовая книга, документы, свидетельствующие о проживании художника в Риге. Но, к сожалению, многие документы латвийского периода утеряны. Безвозвратно пропали многие картины, написанные в тот период. А то, что в 1945-м году художник уехал на лечение в Германию, дало повод для многочисленных слухов и домыслов о якобы имевшем место сотрудничестве Н.П. Богданова-Бельского с гитлеровским режимом. Справедливости ради стоит отметить, что никто из обвинителей художника не смог представить никаких документов, никаких картин, хотя бы косвенно подтверждающих эти предположения.

Для потомков Н.П. Богданов-Бельский останется ярким представителем русской живописной школы конца XIX – начала XX веков, а также педагогом, внёсшим свой посильный вклад в развитие художественного образования в России.

ЛИТЕРАТУРА

  1. Академия художеств. Личные дела художников с данными о прохождении курса и о художественной деятельности после окончания академии. 1800-1920 гг. Богданов-Бельский Н.П. – РГИА Ф. 789. Оп. 14. Д. 119.
  2. Баршева И. Н.П. Богданов-Бельский. / И. Баршева, К. Сазонова. - М-Л., 1962. – 20 С.
  3. Богданов-Бельский Н.П. О перемене фамилии, основная – Богданов. – РГИА Ф.1405. Оп.94. Д. 14993.
  4. Богданов-Бельский Н.П. О приобретении Николаем II его картины 1895 г. – РГИА Ф. 468. Оп.42. Д. 1919.
  5. Богданов-Бельский Н.П. О приобретении у него картин 1895 г. – РГИА Ф. 468. Оп. 13. Д. 1658.
  6. Богданов-Бельский Н.П. Об уплате ему за картины, приобретённые императором.1903 г. – РГИА Ф. 468. Оп. 14. Д. 1268.
  7. Богданов-Бельский Н.П. Об уплате ему за портрет императора, заказанный для английского короля 1906 г. – РГИА Ф. 468. Оп. 14. Д. 2224.
  8. Доклад о деятельности общества им. А.И. Куинджи. 1921 г. – РГИА. Ф. 791. Оп. 1. Д. 1. Л. 32, 70-73 об.
  9. История педагогики. Воспитание и образование в России (Х – начало ХХ века): учебное пособие. Д.И. Латышина – М.: ФОРУМ, 1998. – 584 С.
  10. Кац Л.И. Художники в Удомельском крае. / Л.И. Кац. – Калинин: Московский рабочий, 1983. 144 С.
  11. Письмо секретаря Общества поощрения художеств Н. Собко Императору в канун 50-летия школы. 1889 г. – ЦГИА СПб. Ф.448. Оп.1. Д.1143. Л.169-176.
  12. Перевышко А. Николай Петрович Богданов-Бельский (1868–1945). От классической живописи передвижников к импрессионизму [электронный ресурс] – Петербургский художник. – CПб., 2005. – №1. URL: http://www.piter–art.com/magazine/bogdanov-belskij (дата обращения: 10.09.2009).
  13. Подушков Д.Л. Академик живописи Николай Петрович Богданов-Бельский (1868–1945) 28.03.2003. [электронный ресурс] – Удомельская старина – 2003. URL: http:// starina.library.tver.ru/us – 0122. htm (дата обращения: 23.08.2009).
  14. Россия и Российская эмиграция в воспоминаниях и дневниках. Аннотированный указатель имён, журнальных и газетных публикаций, изданных за рубежом в 1917 – 1991 гг. – Т. 3. - М.: РОССПЭН, 2004. 623 С.
  15. Художники народов СССР ХIХ-ХХ вв. – Биобиблиографический словарь. СПб., Академический проспект, 2002. – 780 С.
  16. Черницкая А. Ю. Картина и портрет в творчестве Богданова-Бельского Н.П. Дипломная работа. СПб.: 1999 г. – НБА РАХ. Ф. 11. Оп. 2. Д. 5266.